Обретение чуда [= Создатели чуда ] - Дэвид Эддингс

– А почему?

– Это долгая история, – ответила она, – а ты сейчасслишком устал, чтобы слушать.

Повинуясь какому-то внезапному импульсу, Гарион протянулруку и коснулся белого локона на лбу тем местом ладони, где белела метка. И какуже случалось раньше, по коже побежали мурашки, странное окошко приоткрылось вмозгу, на этот раз осветив что-то гораздо более важное. Гариона охватилаярость, и перед глазами встало лицо – лицо, непонятно каким образомнапоминавшее лицо господина Волка, и весь ужасный всепожирающий гнев былобращён именно на этот образ. Тётя Пол отодвинулась – Я просила, Гарион, неделать этого, – сухо сказала она, – ты ещё не готов!

– Но ты скажешь, когда придёт время?

– Может быть, но не сейчас. Закрой глаза и спи.

И тут, как будто приказ полностью лишил его воли, Гарионнемедленно погрузился в глубокий безмятежный сон.

На следующее утро снег больше не падал, и мир, лежавший застенами имперской гостиницы, был закутан толстым нетронутым белым одеялом, авоздух стал полупрозрачным от влажной дымки, почти тумана.

– Туманная Сендария, – иронически заметил за завтракомСилк. – Иногда я просто поражаюсь, как ржавчина ещё не проела насквозь всёкоролевство!

Путешественники ехали весь день, мчались головокружительнымгалопом и к ночи успели добраться ещё до (одной гостиницы, почти ничем неотличавшейся от той, какую покинули утром, так что Гариону показалось, будтоони сделали круг и вернулись назад. Он так и сказал Силку, когда они ставилилошадей в конюшню.

– У толнедрийцев никакой фантазии, – ответил Силк, – ивсе их гостиницы абсолютно одинаковы. Подобные здания можно увидеть в Драснии,Олгарии, Арендии и везде, где есть проезжие дороги. Это их единственныйнедостаток – полное отсутствие воображения.

– Им самим не надоедает делать одно и то же из года вгод?

– Может, так удобнее, – засмеялся Силк. – Пойдём лучшепоедим.

На следующий день снова валил снег, но к полудню Гарионвнезапно ощутил аромат, то самое благоухание, которое доносилось с моря, когдадо Дарины было ещё далеко, и понял: их путешествие подходит к концу.

Камаар, самый большой город в Сендарии и крупный морскойпорт на севере страны, раскинулся в устье великой реки Камаар.

Великий Северный путь, проложенный до Боктора в Драснии, иВеликий Западный путь, ведущий через Арендию в Толнедру и императорскую столицув Тол Хонете, кончались именно здесь. Не преувеличивая, можно было сказать, чтовсе дороги ведут в Камаар.

Позже, холодным снежным днём, они спустились по пологомухолму к городу.

Не доезжая до ворот, тётя Пол остановила коня.

– Поскольку больше нет нужды притворяться бродягами, –объявила она, – не вижу необходимости останавливаться на самых убогих постоялыхдворах, не так ли?

– Я об этом не успел подумать, – сказал господин Волк.

– Зато я успела. Хватит с меня гнусных гостиниц игрязных деревенских дворов. Мне нужна ванна, чистая постель и приличная еда.Если не возражаешь, я сама выберу, где остановиться.

– Конечно, Пол, – с готовностью ответил Волк, – всё какскажешь.

– Вот и прекрасно, – заключила она, пришпорив коня иоставив позади всех всадников.

– Что вам нужно в Камааре? – довольно грубо спросилодин из стражников, закутанный в меховой плащ.

Тётя Пол, откинув капюшон, пронзила нахала ледяным взглядом.

– Я герцогиня Эратская, – объявила она звенящимголосом, – а это мои слуги, и никого не касается, зачем я прибыла в Камаар.

Стражник, моргнув от неожиданности, почтительно поклонился.

– Простите меня, ваша светлость, я не хотел оскорбитьвас.

– Разве? – осведомилась тётя Пол холодно, не сводя снесчастного уничижительного взгляда.

– Не узнал вашу светлость, – униженно молил бедняга,извиваясь под этим высокомерным взором. – Не могу ли я помочь чем-нибудь?

– Вряд ли, – процедила тётя Пол, презрительно оглядевего. – Какой в Камааре лучший постоялый двор?

– «Лев», ваша светлость – И?.. – нетерпеливо спросилаона.

– И что, госпожа? – удивился совершенно сбитый с толкустражник.

– Где он? – оборвала тётя Пол. – Нечего стоять сраскрытым ртом, как последний дурак! Говори!

– Вон там, за зданием таможни, – покраснев до ушей,пробормотал тот. – Поезжайте по этой улице, пока не доберётесь до площадиТаможни. Там каждый покажет.

Тётя Пол снова натянула капюшон.

– Дайте ему что-нибудь, – приказала она, необорачиваясь, и въехала в город с высоко поднятой головой.

– Покорно благодарю, – поклонился стражник, подхватываяиз рук Волка мелкую монету. – Должен признаться, никогда не слыхал о герцогинеЭратской.

– Значит, повезло, – хмыкнул Волк.

– Какая красавица! – восхищённо прошептал он.

– И характер соответствующий, – заверил Волк.

– Я и сам заметил.

– Мы заметили, что ты заметил, – ехидно подхватил Силк.

Пришпорив коней, они догнали тётю Пол.

– Герцогиня Эратская? – мягко осведомился Силк.

– Манеры этого парня мне не понравились, – надменнозаявила она. – И к тому же я устала притворяться нищенкой.

Оказавшись на площади Таможни, Силк остановил торговца, созабоченным видом трусившего по замёрзшему тротуару.

– Эй ты! – оскорбительным тоном позвал Силк, осадивконя прямо перед носом перепуганного торговца. – Моя хозяйка, герцогиняЭратская, хочет знать, где находится постоялый двор «Лев». Немедленно отвечай!

Торговец заморгал, лицо побагровело от злости.

– Дальше по улице! – коротко ответил он, поднимая руку.– Не сворачивайте.

По левой стороне. На воротах вывеска.

Силк, презрительно фыркнув, швырнул несколько монет к ногамторговца и лихо развернул коня.

Гарион заметил, что торговец выглядел страшно разъярённым,но тем не менее начал шарить в снегу, отыскивая брошенные Силком монеты.

– Сомневаюсь, чтобы кто-нибудь из добрых горожан скорозабыл о нашем прибытии, – кисло пробормотал Волк, когда они отъехали.

– Они запомнят приезд высокомерной аристократки, а этамаскировка ничем не хуже прежней, – возразил Силк.